На гланую

 

Часть первая.
До основания Киевского государства

Часть вторая
Эпоха государственной жизни

Часть третья
Литовско-польская эпоха

Часть четвертая
Козацкая эпоха

Часть пятая
Упадок козачества в украинской жизни

Часть шестая
Украинское возрождение

  1. Присоединение Галиции и Буковины к Австрии
  2. Конец Польши и присоединение Правобережной Украины к России
  3. Начатки возрождения в Западной Украине
  4. Начатки возрождения в Восточной Украине
  5. Идеи народности. Начатки сознательного демократизма
  6. Украинские кружки в российской Украине в 1830—1840-х годах
  7. Кирилло-Мефодиевское братство
  8. Галицкое возрождение и 1848 год
  9. 1848 год в Буковине и венгерской Украине и реакция 1850-х годов
  10. Новое движение в российской Украине
  11. Народничество и москвофильство в Галиции и на Буковине
  12. Киевская громада и указ 1876 года
  13. Украинская работа на галицкой почве в России в 1880-х годах
  14. Политическое движение в австрийской Украине и его национальный подъем в 1890—1900-х годах
  15. Первое раскрепощение российской Украины
  16. Перед войной
  17. Уничтожение украинства во время войны
  18. Российская революция и освобождение Украины
  19. Борьба за автономию Украины и федеративное устройство
  20. Украинская Народная Республика
  21. Украина самостоятельная
  22. Киевское восстание
  23. Война за независимость

 

 

Михаил Грушевский. Иллюстрированная история Украины

УКРАИНСКОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ

137. Война за независимость

Украинское правительство не обманулось в своих надеждах на мир. В день, когда украинские войска покидали Киев, был готов договор с центральными государствами. Вечером 26-го началось его подписание, а в ночь с 26-го на 27-е торжественная процедура была закончена. Договор давал Украине достойный и почетный мир, возвратив ей западные украинские земли, не только оккупированные во время войны, но и ранее оторванные от нее, а именно: Холмщину, Берестейщину, Пинщину (хоть и не в полном объеме — без окраин Дорогичина, Бельской, Брянской, оставшихся за пределами Украины), установив порядок обмена военнопленными без выплат, порядок торговли на принципах контингентирования (то есть определения количества товаров, которые могли ввозиться и вывозиться). Немецкое правительство сразу приступило к мобилизации и вводу на Украину сформированных частей из украинских военнопленных и заявило о своей полной готовности оказать помощь Украине также и своими войсками для скорейшего очищения от большевистских банд в целях обеспечения покоя и порядка, налаживания товарообмена и вывоза излишков, обусловленных в процессе мирных переговоров.

По разным причинам это была непривлекательная перспектива. Можно было предугадать заранее, что вступление немецких войск на Украину создаст повод для агитации против Центральной Рады с разных сторон, вызовет тревогу и неудовольствие широких масс населения, а также среди крестьянства — этой главной основы украинской государственности. Но с другой стороны, было бы в высшей мере опасным оставлять Украину на более продолжительное время в руках большевистской анархии и ждать, пока последняя сама себя выест, пока перегорит большевистская зараза и вызовет такую сильную и организованную реакцию самого украинского народа, на которую могла бы опереться украинская власть. Широкие круги населения, лучшие, наиболее сознательные элементы крестьянства желали покоя и порядка, но ждали твердой власти, которая дала бы им эти покой и порядок и освободила от большевистского террора; и так могло бы продолжаться довольно долго, если бы украинское правительство оставило край без своих организованных центров, без органов власти. Не говоря уже о том, что приближался сельскохозяйственный сезон, и во имя сбережения хоть какой-то экономической силы края и его благосостояния необходимо было дать покой и порядок, чтобы рабочий люд мог приступить к своей работе. Тем временем выяснилось, что для формирования новых частей из военнопленных необходим весьма большой срок. Австро-Венгрия медлила представить украинские части (сечевых стрельцов и регулярные украинские полки). Собственные военные силы Украины сильно сократились под влиянием большевистской деморализации, и об организации достаточно мощной регулярной армии можно было думать как о деле будущего. В силу этого украинское правительство посчитало невозможным отказаться от той военной помощи, которую ему готово было оказать правительство Германии — также, разумеется, действовавшее в собственных интересах: с целью ускорения вывоза хлеба с Украины. Украинское правительство попросило Германию прислать свои войска на Украину, и через несколько дней после подписания договора немцы уже переходили границу. Тогда и Австрия, которая поначалу оттягивала, также заявила о своей готовности выслать свои войска на Украину. Но вместо сечевых стрельцов и украинских полков, на которые надеялось украинское правительство, австрийские власти выслали воинские части чешского, польского и венгерского формирования, у которых сразу же возникли конфликты с местным населением.

Украинское правительство в это время силами небольших военных формирований, выведенных из Киева и переформированных в Житомире, занималось очищением от большевиков Волыни. Под давлением большевистских сил, узнавших о пребывании правительства и Центральной Рады в Житомире и наступавших от Козятина и Жмеринки на Бердичев и Житомир, украинское правительство переехало на несколько дней на северную Волынь, в Сарны. Очистило эту железнодорожную линию для связи с дивизиями военнопленных, которые формировались в Ковеле, и немецкими войсками, которые наступали оттуда же, и с их помощью очень быстро провело освобождение Волыни, а в конце февраля нового стиля (с 16 февраля постановлением Центральной Рады Украина перешла на новый стиль и среднеевропейское время) украинское войско начало наступление на Киев. Большевистские банды, награбив, сколько успели за три недели своего хозяйничанья в Киеве, оставили город без боя, когда украинские и немецкие войска начали свои операции, грозя обойти Киев и взять их в кольцо. 1 марта украинское войско вошло в город, овациями встреченное населением. Несколько дней спустя вернулось в Киев и украинское правительство, а после него со временем и Центральная Рада.

Центральная Рада, собравшись в Житомире через несколько дней по выезде из Киева и оставаясь все время в контакте с правительством, получая от него сводки, все это время не прерывала своей законодательной работы и в период своего изгнания приняла несколько важных законов, проникнутых идеей украинской государственности и ее традиций (законы об украинском гражданстве, об обновлении старой монетной единицы Украинской державы — гривны, о Государственном гербе, в качестве которого был использован знак Владимира Великого на его монетах). Но Центральная Рада работала не в полном составе (на основании соглашения последней сессии полной Рады) и когда возобновила свою деятельность в Киеве в полном составе, то поначалу обнаружилось определенное несогласование между теми группами, которые вели работу в Раде на протяжении всего периода изгнания, и теми, которые в то время не принимали участия в работе. Это проявилось в острых выпадах против, как говорилось, недемократической, националистической и шовинистической политики украинского правительства и тех парламентских групп, которые поддерживали правительство, а конкретно вылилось в министерский кризис, который на некоторое время снова навис над парламентом из-за того, что фракция украинских социал-демократов и некоторые неукраинские признали невозможным для своих членов участие в кабинете в таких условиях, и сразу с разных сторон началась кампания за отставку кабинета Голубовича.

Вокруг Центральной Рады снова разгорелась активная агитация, которая напомнила мрачные дни перед большевистским восстанием. Киевская Дума стала тем центром, вокруг которого объединились все те виды, что, направляясь разными путями к достижению разных целей, сообща старались нанести удар Центральной Раде и Совету Народных Министров, старались сделать подкоп под идею Украинской Республики и дискредитировать ее. Такие меры, как непосредственное подчинение киевской милиции министерству, запрещение демонстраций и митингов в годовщину российской революции, распоряжение о вывесках и объявлениях на украинском языке, введение законов об украинском гражданстве, служили поводом к активной агитации. Всякого рода неправильности в поведении немецких и австрийских войск, даже незначительные, но изначально неизбежные при проведении военных операций в чужой стране, среди иноязычного населения, давали повод для нападок, которые явно должны были дискредитировать украинскую власть за то, что прибегла к помощи немцев.

С другой стороны, социальная политика Центральной Рады, особенно земельный закон 18 января, служила почвой не только для агитации против Украинской Республики среди буржуазных кругов, но и для дискредитации Украинской державы в глазах немцев и австрийцев, у которых враги Центральной Рады пытались найти поддержку в действиях против ее социальной политики и против украинской государственности. Польские помещики Подолья и Волыни обратились к австрийскому правительству с призывом упразднить в приграничных областях Украины крестьянские организации и прекратить действие земельной реформы, возобновить помещичье землевладение и узаконить принудительный крестьянский труд. Они организовывали польские военные части, которые, опираясь на ранее сформированные легионы, попробовали собственными руками прекращать действие земельной реформы и возвращать помещичьи земли, розданные крестьянам земельными комитетами. На Левобережье украинские помещики начали также организовывать движение против земельной реформы и социалистического украинского правительства: присоединив к себе мелких собственников, крестьян и козаков, они принимали резолюции с требованием, чтобы Центральная Рада отправила в отставку свой социалистический кабинет, не созывала Учредительного собрания, организовала временное правительство и, отдав ему всю власть, то есть диктатуру, сама себя распустила. В противном случае грозили борьбой, восстанием и т. д. Их депутации появлялись у немецких представителей. На местах среди офицеров немецких частей также велась с этой стороны усиленная агитация на предмет сворачивания земельной реформы, ликвидации социалистического министерства и т. п. И что наиболее неприятно, параллельно с этими действиями посторонних элементов, несоциалистических, аналогичную агитацию вели отдельные группы украинских социал-демократов, социал-федералистов и их пресса за отстранение социалистов от власти и передачу последней в руки какой-то никому не известной украинской буржуазии (которой фактически и нет), чтобы она при помощи немцев закрепила украинскую государственность на фундаменте буржуазном.

Такой тяжелой была атмосфера, в которой Центральной Раде и ее правительству приходилось освобождать Украину от большевистских войск и банд, восстанавливать разрушенную ими административную машину, налаживать немилосердно уничтоженную экономику страны, чтобы избавиться от анархии и обеспечить вновь добытую самостоятельность и независимость, а также саму государственность.

Ее подрывали изнутри, ее бойкотировали, оставляя без средств, ей чинили всевозможные препятствия в надежде, что она где-то споткнется, упадет и вернется власть буржуазная, империалистическая, возобновится единство России и российская стихия задушит возрожденное украинство. Украинские же вооруженные силы и далее продолжали оставаться немногочисленными и слабо дисциплинированными. Далее, действовали разные самочинные «атаманы», отдельные отряды гайдамаков и вольных козаков, часто состоявшие из элементов неукраинских, реакционных; чинили насилие над людьми, компрометируя украинские войска всякими выходками, националистическими, шовинистическими выкриками, погромами, расстрелами, самочинными контрибуциями. Разные самочинные коменданты, советы, комиссары самовольными поступками нарушали планы операций. Немецкие и австрийские части не координировались ни между собой, ни с украинскими частями и своими самовольными выступлениями порой подрывали плановую работу украинского командования и украинского правительства.

Тем не менее освобождение Украины шло довольно быстро. За март месяц было очищено почти все Правобережье до самого моря — взяты Одесса, Николаев, Херсон, Елисаветград. За Днепром была в значительной степени очищена Черниговщина, в последние дни марта взята Полтава. Операции на этом направлении особенно затянулись из-за того, что к болыпевикам, слабо организованным и недисциплинированным, присоединились чехословацкие дивизии, которые, вместо того чтобы идти на французский фронт по договору, заключенному ими с украинским правительством, начали борьбу с немецкими войсками. Большевистские войска с особым упорством обороняли Екатеринослав и его окрестности, чтобы успеть еще больше вывезти оттуда в Россию. Но большевистская затея была обречена. Главный комендант, бывший жандарм Муравьев, который в феврале хвастался расстрелами украинцев и уничтожением их добра, еще перед потерей Полтавы уже посчитал за лучшее сложить с себя командование, а большевистская «Цикука» (Центральный Исполнительный Комитет Украины) загодя перебралась в Таганрог.

В течение апреля освобождение Левобережья было почти завершено. После того как были опрокинуты чешско-большевистские заставы на дороге в Харьков и Полтаву, 8 апреля большевики покинули Харьков, а еще раньше был освобожден Екатеринослав, и украинское войско вместе с немецким стали продвигаться на запад и юг.

Однако одновременно с этими успехами освобождения Украины и распространением власти украинского правительства с еще большей остротой на повестке дня вставали неотложные вопросы внутреннего благоустройства: налаживание засева полей и плантаций, проблема транспорта и товарообмена, демобилизация промышленности, трудоустройство миллионов безработных и создание армии, собственной, твердой, дисциплинированной армии, которая могла бы в ближайшие годы, пока будет получена возможность милицейской обороны, послужить гарантом политических и социальных завоеваний Украины!

Предыдущая - Главная - Следующая