На гланую

 

Часть первая.
До основания Киевского государства

Часть вторая
Эпоха государственной жизни

Часть третья
Литовско-польская эпоха

Часть четвертая
Козацкая эпоха

Часть пятая
Упадок козачества в украинской жизни

Часть шестая
Украинское возрождение

  1. Присоединение Галиции и Буковины к Австрии
  2. Конец Польши и присоединение Правобережной Украины к России
  3. Начатки возрождения в Западной Украине
  4. Начатки возрождения в Восточной Украине
  5. Идеи народности. Начатки сознательного демократизма
  6. Украинские кружки в российской Украине в 1830—1840-х годах
  7. Кирилло-Мефодиевское братство
  8. Галицкое возрождение и 1848 год
  9. 1848 год в Буковине и венгерской Украине и реакция 1850-х годов
  10. Новое движение в российской Украине
  11. Народничество и москвофильство в Галиции и на Буковине
  12. Киевская громада и указ 1876 года
  13. Украинская работа на галицкой почве в России в 1880-х годах
  14. Политическое движение в австрийской Украине и его национальный подъем в 1890—1900-х годах
  15. Первое раскрепощение российской Украины
  16. Перед войной
  17. Уничтожение украинства во время войны
  18. Российская революция и освобождение Украины
  19. Борьба за автономию Украины и федеративное устройство
  20. Украинская Народная Республика
  21. Украина самостоятельная
  22. Киевское восстание
  23. Война за независимость

 

 

Михаил Грушевский. Иллюстрированная история Украины

УКРАИНСКОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ

128. Политическое движение в австрийской Украине и его национальный подъем в 1890—1900-х годах

1890—1895-е годы были поворотными для украинской жизни Галиции. В восьмидесятые годы, как я уже сказал, народническое движение значительно распространилось в галицком обществе, овладело им и, как обычно бывает в таких условиях, привлекло к себе много людей нейтральных, которые принимают победившее направление, даже если по своему содержанию оно им совершенно чуждо. Поэтому вместе с тем, как народническое движение проявляло себя все больше как политическая партия и пробивало себе дорогу в широкие народные массы, в самой среде его обозначился определенный разлом из-за неоднородности элементов, оказавшихся под общей фирмой украинского народничества.

Элементы более прогрессивные стремились идти в тесном союзе с прогрессивными элементами российской Украины и вместе с ними — с прогрессивными европейскими направлениями: хотели на украинской национальной почве перестроить общественные, политические и экономические отношения в духе настоящего демократизма и социализма. Элементы более умеренные и консервативные, священники, чиновники и другие представители буржуазных классов (среди украинцев весьма немногочисленных), приняв национальную форму — народный язык и до определенной степени украинские национальные традиции, хотели под этим тонким слоем спрятать прежнее содержание жизни. Их волновала роль украинской национальной церкви (униатской в Галиции) и религиозная правоверность сограждан, а в социально-политических отношениях они были или решительными консерваторами, или очень и очень умеренными демократами. На этой почве в Галиции разгорается весьма серьезная борьба, которая велась при живом участии и даже под сильным влиянием российских украинцев. Особенно Драгоманов, который хоть и не жил в Галиции, но через кружки своих единомышленников, наиболее энергичных и способных молодых галичан, вел галицкое общество в прогрессивном направлении, и влияние его на молодежь и крестьянство все более возрастало.

Все разрешилось в тот момент, когда наиболее консервативная часть народников, не без влияния и участия некоторых российских украинцев, разорвала политический союз с москвофилами, с которыми вместе обычно выступала в галицком сейме и австрийском парламенте против поляков и правительства. Она нашла взаимопонимание с правительством, или, лучше сказать, с его галицким наместников (графом Бадени), и надеялась получить его поддержку, как в 1848 году. Но тогда правительство противостояло польской шляхте, а теперь было с ней связано. Да и не тем уже было галицкое общество! Наиболее прогрессивная часть галицких украинцев уже до того отошла от консервативных народников и стала формироваться в отдельную партию под именем «радикалов». Когда же был провозглашен новый союз народников с правительством, эти радикалы решительно выступили и повели сильную агитацию против «соглашательской» политики народников. Позиция их была глубоко справедливой, ибо на деле этот союз с правительством представлял бы собой союз украинцев с правящей польской шляхтой Галиции, а в сущности даже и не союз, а отступление от борьбы с господством польской шляхты в обмен на некоторые национальные уступки, слишком мелкие в таком принципиальном деле (одна украинская гимназия, одна украинская кафедра в университете и тому подобное). В конце концов руководители народников, разобравшись, куда ведет их этот союз, и уступая общественному мнению, разорвали это «соглашение», и верность ему сохранила лишь небольшая консервативно-клерикальная группа. Преобладающее большинство народников, еще более убедившись на этом примере в неразрывной связи правительства с польской шляхтой, решило создать решительную оппозицию и польскому владычеству, и центральному правительству, которое отдавало Галицию на растерзание полякам за то, что они поддерживали правительство в парламенте.

По примеру радикалов, все свои планы основавших на социальном и политическом просвещении крестьянства и его организации, народники тоже решили идти в народ, просвещать его политически — поднимать на борьбу за свои права и привлекать к участию в политической жизни и политической борьбе. С этой точки зрения влияние радикалов на галицкую жизнь имело большое значение, поскольку мешало народникам сдвигаться вправо, куда их перетягивали консервативные и клерикальные элементы, и вынуждало держаться хотя бы средней линии между консервативным и радикальным направлениями. В 1900 году народники даже решили формально слиться в одну партию с радикалами, приняв прогрессивные и социальные требования радикальной программы, и переименовали эту объединенную партию в «национально-демократическую». Разумеется, само по себе принятие радикальной программы не сделало этих народников настоящими сторонниками прогрессивного движения; правые элементы не утратили своего влияния на них и продолжали вовлекать в соглашательство с правительством и польскими правителями Галиции. Но все же более левые элементы галицкого украинства удерживали народников от слишком резкого и открытого марша вправо, куда их влекло правое крыло.

В конечном счете, как это обычно бывает, борьба и конкуренция направлений оживили галицкую жизнь в девяностых — девятисотых годах. Национальное и политическое сознание вышло из интеллигентских кругов, охватило широкие народные массы, научило их стоять на страже своих прав, бороться за свои экономические, культурные и национальные интересы, добиваться их соблюдения, объединяясь и организуясь. Путь оппозиции, по которому устремились прогрессивные украинские течения, в противоположность более раннему правительственному народничеству 1848—1850-х годов, отучил галицких украинцев от ожидания каких-либо благодеяний от правительства или чего-то еще, научил строить свою судьбу собственными руками и идти напролом, не обращая внимания на то, какое впечатление производят их действия на сильных и власть имущих. Все то, чего галицкое украинство добилось на протяжении последних десятилетий, было завоевано собственными силами в борьбе со всевозможными препятствиями, которые воздвигало польское владычество, располагающее огромными возможностями. Имея своим сторонником центральное правительство, держа в своих руках все государственное управление Галиции и краевое самоуправление, распоряжаясь огромной земельной собственностью,

всевозможными денежными и культурными средствами, поляки изо всех сил боролись с украинским движением, но все-таки не смогли остановить грандиозный поход украинской народной массы.

Действительно, за последнее десятилетие осуществлено было многое. В области национальной культуры прежде всего необходимо отметить создание украинской науки, о которой только с этого времени можно говорить серьезно, — той организованной работы, которую начали ученые, сгруппировавшиеся в 1890-х годах около львовского Товарищества имени Шевченка, в 1892 году преобразованного в научное общество, а в 1898 году реформированного по образцу академий наук. Его издания скоро обратили на себя внимание исследователей, и украинская наука приобрела себе право гражданства в ученом мире. Несмотря на весьма скудные ассигнования из государственных и местных средств, общество развило широкую издательскую и организационную деятельность, о которой четверть века перед тем никто не посмел бы думать.

Одновременно с этим выдвинуто было требование украинского университета. Правительство обещало его еще в 1848 году, но затем забыло об этом, как и о других обещаниях; в Львовском же университете окончательно утвердились поляки, и украинцам осталось лишь несколько кафедр с преподаванием на украинском языке. Ввиду этого украинцы в конце 1890-х годов выступили с требованием основания другого, отдельного украинского университета; в 1900-х годах этот вопрос стал чрезвычайно остро, постоянно вызывая сильные волнения в университете, на которые чутко откликались широкие круги украинского общества и даже народные массы; требование украинского университета сделалось очередным вопросом украинской политики, а открытие его вопросом недалекого будущего.

В области литературной необходимо отметить развитие изящной литературы, благодаря целому ряду свежих, оригинальных талантов, именно в этот момент расцвета политических и общественных интересов, в конце 1890-х годов, выступивших на довольно тощей до этого времени галицко-буковинской почве. Один Иван Франко, талантливый поэт, новеллист и публицист, являлся действительно выдающимся галицким талантом в 1880— 1890-х годах. Теперь около новооснованного ежемесячного журнала «Литературно-науковий вістник» и украинского издательского общества «Українсько-руська видавнича спілка» выступил ряд новых свежих талантов во главе с Василием Стефанилом и Ольгой Кобылянской и сообщил местной украинской жизни небывалую перед тем содержательность.

В области просвещения и организации народа нужно отметить широкое развитие читален «Просвіти» и гимнастических обществ «Січей» и «Соколів», оказавших чрезвычайное влияние на жизнь народных масс, разбудивших жажду знания, просвещения, инстинкты организации и солидарности.

Затем в последние годы, ввиду тех трудностей, с которыми встречалось основание новых украинских средних школ (их приходилось просто-таки выпрашивать и вымаливать у польских правящих сфер, собственно, выторговывать за цену существенных уступок в других сферах украинской жизни), галицкие украинцы взялись за основание частных средних школ и в последнее десятилетие перед войной развили довольно широко свою свободную школу.

Наконец, в эти же годы обращено большое внимание на экономическую сторону — на основание ссудо-сберегательных касс, коопераций, сельскохозяйственных обществ, чтобы по возможности освободить украинское население от дорогого посредничества и зависимости от чужих финансовых и сельскохозяйственных организаций.

Все это сильно подняло самочувствие украинского общества Галиции и сделало для него возможным дальнейшее расширение национальных прав не ценою уступок перед господствующими кругами и правительством, что входило в политику «старших» поколений, а организованной борьбой, вынуждая серьезно считаться с национальными требованиями украинцев независимо от того, будут ли согласны на какие-нибудь уступки польские правящие сферы Галиции. А самое важное, — что даже независимо от отношений к нему правительства украинское общество в самом себе открыло силы и средства для своего национального развития, и в момент наибольшего развития общественно-политического движения в украинском обществе и в украинском народе оно находило в себе средства культурного и национального движения и энергию национального творчества.

С этой точки зрения российская Украина значительно отстает от Галиции как в смысле более слабой самодеятельности, так и еще больше в смысле крайне неблагоприятных внешних условий, хотя и здесь последнее десятилетие отмечено очень значительным движением украинской жизни.

Предыдущая - Главная - Следующая