На гланую

 

Часть первая.
До основания Киевского государства

Часть вторая
Эпоха государственной жизни

Часть третья
Литовско-польская эпоха

Часть четвертая
Козацкая эпоха

  1. Козачество после лубенского погрома
  2. Козацкий строй
  3. Морские походы
  4. Польские переговоры с козаками и гетман Сагайдачный
  5. Киев становится центром культурной украинской жизни
  6. Новая иерархия
  7. Хотинская война и конец Сагайдачного
  8. Конфликт с правительством
  9. Украинские планы и война 1625 года
  10. Война 1630 года
  11. Бескоролевье
  12. Сулима и Павлюк
  13. Острянинова война и угнетение козачества
  14. Восстание Хмельницкого
  15. Борьба за освобождение Украины
  16. Заграничные союзы
  17. Московское верховенство
  18. Между Москвой и Швецией
  19. Гетманщина
  20. Гадячская уния
  21. Борьба с Москвой
  22. Раздвоение Украины
  23. Замыслы Дорошенка
  24. Падение Дорошенка
  25. Руина
  26. «Згін» и новое козачество на Правобережье
  27. В Гетманщине
  28. Старшина и общество
  29. Правление Мазепы
  30. Перед разрывом
  31. Союз со Швецией
  32. Погром Мазепы
  33. Попытки Орлика

Часть пятая
Упадок козачества в украинской жизни

Часть шестая
Украинское возрождение

 

 

Михаил Грушевский. Иллюстрированная история Украины

КОЗАЦКАЯ ЭПОХА

82. Между Москвой и Швецией

Военные действия московских и козацких войск в Белоруссии сначала шли очень удачно. Белорусские города по большей части добровольно сдавались козакам и московскому войску. Козаки заняли белорусские земли, пограничные с Гетманщиной, и устроили здесь еще один полк. Московское войско завладело белорусскими землями по самое Вильно. Такие успехи Москвы в Польше вызвали и у других соседей желание воспользоваться тяжелым положением последней. В Швеции в это время вступил на престол Карл X; он задумал возобновить старую войну с Польшей. Со шведами же издавна стоял в сношениях князь Трансильвании (восточной Венгрии): это был союз протестантских государств против католических Австрии и Польши. Теперь король шведский и князь трансильванский надеялись вконец разбить Польшу. В Польше и Литве они рассчитывали опереться на магнатов-протестантов, сильно терпевших, как и православные, от католической шляхты и правительства. Имели они в виду и Хмельницкого, который издавна поддерживал сношения с Трансильванией и с Швецией, подбивая их против Польши. До сих пор эти старания его не имели особого успеха, и поэтому он вынужден был свое внимание сосредоточить главным образом на Москве. Теперь же, как раз в то время, когда московское правительство так разочаровало украинцев своими первыми шагами в украинских делах, Швеция, а с ней и Трансильвания вступили в решительную борьбу с Польшей, становились союзниками Украины, и Хмельницкий задумывает опереться на них не только для освобождения Украины от Польши, но и для того, чтобы развязать себе руки по отношению к Москве. Он с большой готовностью принял призыв шведского короля к совместной борьбе с Польшей и в ожидании этой общей войны не заботился о московских походах.

Зима 1654—1655 годов прошла в малоэнергичной, оборонительной войне козачества с Польшей: хан соединился с поляками после того, как Хмельницкий присоединился к Московскому государству, и польское войско с татарской ордой двинулось в Брацлавскую землю, оттуда в Киевскую. Хмельницкий с московским войском встретил их недалеко от Белой Церкви под Охматовым; московское войско неблестяще заявило себя в происшедшей битве; но в решительный момент подоспел полковник Богун со своим полком; и поляки были отражены, а хан оставил после этого польское войско, увидя, что его преследуют неудачи. Хмельницкий оставил поляков в покое. Весной 1655 года он получил известие от шведского короля, что тот собирается в поход на Польшу и просит Хмельницкого, чтобы и он напал на поляков одновременно. Хмельницкий отправился на Подолию, на Каменец, оттуда двинулся к Львову и далее под Люблин. Но вместе с ним отправилось и московское войско под предводительством боярина Бутурлина, что очень связывало Хмельницкого: он не мог свободно распоряжаться своими войсками. Разгромив Потоцкого под Городком, он снова имел в руках всю Галицию, но не хотел завоевывать городов, чтобы Москва не вздумала поставить и там своих гарнизонов. С Львова взял только выкуп; во время переговоров с львовскими мещанами Выговский (войсковой писарь и доверенный человек Хмельницкого) прямо уговаривал их не входить в сношение с Бутурлиным и не сдавать города на царское имя. И шведскому королю Хмельницкий пояснял, что он не хотел пускать Москву в Западную Украину и для того не завоевывал там ничего. Шведский король со своей стороны в сношениях с гетманом и старшиной настаивал на полном разрыве с Москвой; он предостерегал их, что московское правительство при своем самодержавном строе «не потерпит у себя вольного народа», не выполнит данных обещаний относительно соблюдения украинских вольностей и поработит козаков.

Хмельницкий сперва старался повлиять на шведского короля, чтобы он не доводил до полного разрыва с Москвой и не принуждал к разрыву Украину. Желанием его и старшины, вероятно, было сделать Украину нейтральным государством под протекторатом Москвы и Швеции, а может быть, и Турции, с которой после своего подданства московскому царю Хмельницкий возобновил свои прежние сношения. Но сохранить нейтралитет между Москвой и Швецией было трудно; обстоятельства принуждали выбирать что-нибудь одно. Когда война с Польшей приняла очень благоприятный для шведов оборот и они захватили всю северную Польшу, поляки постарались рассорить Москву со шведами: подавали надежду царю, что выберут его польским королем, и, таким образом, Польша целиком соединится с Московским государством. Под влиянием этих надежд Москва заключила с Польшей перемирие и начала войну со шведами. Это сейчас же поправило положение Польши и было очень неприятно Хмельницкому: он жаловался, что Москва выдает Украину полякам, не исполняет своих обязанностей по отношению к украинцам. В особенности раздражало его то, что переговоры Москвы с поляками ведутся втайне от него, без участия козацких послов, неизвестно в каком смысле, может быть, во вред украинским интересам.

Польский король, заключив перемирие с Москвой, старался возвратить Польше и Украину. Об этом он вел переговоры, пуская в ход всевозможные обещания; обещал уже даже полную автономию Украине, но Хмельницкий не поддавался и очень неохотно поддерживал эти переговоры. Московское правительство настоятельно домогалось, чтобы он порвал свои отношения со Швецией и принял участие в московской войне со шведами. Но Хмельницкий теперь гораздо больше дорожил союзом со шведами, чем союзом с Москвой: московское правительство все более открывало свои настоящие планы, и Хмельницкого раздражали московские претензии, желание диктовать ему и Украине. Его серьезно беспокоили московские стремления ограничить украинскую автономию, перспектива московских воевод, которых ему собирались прислать в украинские города. Все более останавливался он на мысли разорвать свои отношения с Москвой. Как рассказывал московским боярам Выговский (заранее снискивая их расположение для будущего), на совете старшин осенью 1656 года Хмельницкий, расстроенный жалобами на московские действия, вне себя кричал, что нет иного выхода, как отступить от Москвы и искать себе иной протекции.

Со Швецией и Трансильванией Хмельницкий заключает в 1656 году тесный союз: обещает шведам выступать со своим войском против каждого врага их, хоть бы и против Москвы, и условливается относительно раздела польских земель между Украиной, Швецией и Трансильванией. С наступлением 1656 года была начата общими силами Украины, Трансильвании и шведов решительная война с Польшей, вопреки желанию московского правительства. Однако сам Хмельницкий был уже так болен, что не отправился в поход: выслал киевского полковника Ждановича с тремя полками в Галицию. Одновременно двинулся на Варшаву Юрий Ракочи, князь трансильванский, чтобы сойтись со шведским войском. Эта война, если бы увенчалась успехом, должна была положить конец Польше, отдать во власть козачества Западную Украину и освободить гетмана из-под власти и влияния московского правительства. Но кампания не удалась: поляки разбили Ракочи и обрушили на него татар, так что он принужден был помириться с Польшей. Ждановичу тоже не удалось достигнуть никаких особенных успехов, и в особенности опасным симптомом был бунт, происшедший в его войске: козаки, услышав, что старый гетман доживает последние дни, боялись новой смуты по его смерти, говорили, что они не будут воевать с Польшей против царской воли и, встретив в походе московского посла, просили передать царю, что против царской воли они не пойдут. Видя такое настроение в войске, Жданович поскорее прекратил поход и пошел восвояси.

Хмельницкий, и без того уже очень ослабевший, был чрезвычайно расстроен этими обстоятельствами; призвав к себе Ждановича, он так разволновался, что его разбил паралич, отнялся язык, и через шесть дней он умер, — 27 июля 1657 года.

Украина в наиболее решительный момент, когда положена была на вес вся ее судьба, утратила своего многолетнего руководителя — единственного человека, который мог править ею, и на его место получила больного и неспособного дегенерата — Юрася Хмельницкого, избранного еще при жизни отца на его место гетманом, из-за одного только его великого имени.

Это был один из наиболее трагических моментов в истории Украины.

Предыдущая - Главная - Следующая