На гланую

 

Часть первая.
До основания Киевского государства

Часть вторая
Эпоха государственной жизни

Часть третья
Литовско-польская эпоха

  1. Переход украинских земель под власть литовских князей
  2. Борьба за галицко-волынские земли и раздел их
  3. Уния Польши с Литвой
  4. Новые направления в политике Великого княжества Литовского
  5. Борьба за равноправие (Свитригайловы войны)
  6. Попытки восстаний с помощью Москвы
  7. Попытки восстаний в Галиции и начало национального движения
  8. Начало козачества
  9. Козачество и козацкие походы в первой половине XVI века
  10. Начало Сечи
  11. Образование козацкого класса
  12. Присоединение восточных украинских земель к Польше
  13. Перемены в экономических и общественных отношениях
  14. Перемены в экономической жизни и заселение Восточной Украины
  15. Рост козачества в конце XVI века
  16. Козацкие войны 1590-х годов
  17. Война 1596 года
  18. Упадок национальной украинской жизни и усилия к ее возрождению
  19. Просветительное движение
  20. Братства
  21. Уния
  22. Борьба с унией

Часть четвертая
Козацкая эпоха

Часть пятая
Упадок козачества в украинской жизни

Часть шестая
Украинское возрождение

 

 

Михаил Грушевский. Иллюстрированная история Украины

ЛИТОВСКО-ПОЛЬСКАЯ ЭПОХА

61. Просветительное движение

Со страхом наблюдали украинские и белорусские патриоты этот ужасающий упадок своей народности, соображая, что с дальнейшим развитием его самые богатые, культурные, ценные элементы общества неизбежно должны были погибнуть для своего народа, отойти от него. Глубокою скорбью наполняло их сознание, что их «Русь» становится предметом пренебрежения и презрения, как некультурная, грубая, темная масса. В разных местах на протяжении XVI в., а в особенности его второй половины, встречаем людей, очевидно, глубоко задумывающихся над способами подъема уровня «русской», т. е. украинской и белорусской жизни — просвещения, школы, книжности. Они идут к этой цели преимущественно старым, церковным путем. Это но удовлетворяет современное общество, нуждающееся в культуре светской, отвечающей потребностям политической и общественной жизни Польско-Литовского государства, но, как уже сказано, — патриоты того времени считали православную стихию той единственной основой, на которой еще можно удержать остатки украинской или белорусской интеллигенции: все, что сходило с этой почвы, пропадало для народной жизни.

На протяжении второй половины XVI в. то здесь, то там выдвигаются небольшие центры такой работы над возрождением культуры, книжности и просвещения; мы мало о них знаем, не все их знаем, но и то, что знаем, дает нам достаточное понятие, в каком направлении шла эта работа. Так, на украинском пограничье, в Заблудове, в поместьях украинского магната (из киевских бояр) гетмана литовского Григория Ходкевича (собственно, Ходковича) основывается в 1560-х годах типография, и в ней трудятся принятые Ходкевичем первые московские печатники — Иван Федоров и Петр Мстиславец, вынужденные бежать из Москвы от раздраженного этим новшеством московского населения. В 1569 году здесь вышло Учительное евангелие (сборник поучений на евангельские тексты), в 1575 году Псалтырь. Но затем у Ходкевича пропала охота к этому делу, и Иван Федоров, оставив его, перешел во Львов. Другой московский выходец, князь Курбский, бежавший от гнева царя Иоанна Грозного основавшись на Волыни в Ковеле, в то же время (в 1560-х годах) собирал у себя книжных людей, занимался переводами греческих отцов поддерживал сношения и переписывался с выдающимися людьми на Украине и Белой Руси, убеждая их крепко держаться своей веры и не соблазняться католической культурой. Третий такой кружок собирается в Слуцке, при дворе князя Юрия Слуцкого, потомка киевских князей Олельковичей; здесь также находили приют книжные люди, а затем, как рассказывает один современник (1581), здесь была организована типография и школа, но, к сожалению, мы ничего больше о них не знаем.

Гораздо более важным и устойчивым центром такой новой культурной работы был Острог на Волыни, княжество князей Острожских. Князья Острожские, потомки киевского княжеского рода, с давних пор отличались своей стойкостью и преданностью своей народности. Не раз встречали мы князей из этого рода в роли ее ревнителей. Князь Константин Иванович Острожский, гетман литовский, считался в свое время главным столпом и защитником своей народности и религии (умер в 1530 году). Сын его, Василий-Константин, киевский воевода, владелец огромных поместий, состоявший в родстве с первыми домами Польши и Литвы, не играл выдающейся политической роли, но прославился также как покровитель украинской культурной жизни и защитник православной веры; конечно, принимая во внимание его громадные средства, он мог бы жертвовать на эти цели гораздо больше, но все- таки и то, что он дал, было самым значительным из всего, что вообще получила тогдашняя украинская жизнь от своего магнатства.

Известия наши опять-таки очень скупы и здесь. Можем догадываться, что в Остроге уже с давних пор сосредоточивалось ученое духовенство, вело школу, развивало известную книжную деятельность; в 1570-х годах здесь делаются попытки создать высшую школу, по образцу польских академий. Современники называют ее «триязычным лицеем» (так как учили в ней по-славянски, по-гречески и по-латыни) или «греческой школой», греко-славянской академией. Однако наладить тут как следует высшее преподавание все не удавалось, по недостатку соответственных преподавательских сил: их и в греческих землях трудно было отыскать в то время, а неправославных ученых боялись брать, чтобы они не привили школе своего католического духа. Можно было бы, конечно, приготовить постепенно ученых преподавателей из своих воспитанников, посылая их в западные университеты, но до этого как-то не додумывались. Только по временам удавалось залучить греков с высшим западноевропейским образованием (как Кирилл Лукарис, позднейший патриарх или протосинкелл Никифор). Но все же это была школа высшего типа, и врагам православных, доказывавшим, что на православной почве невозможна наука, невозможно просвещение, — острожская школа служила вполне реальным ответом. С нее начинается поворот к высшему образованию на Украине.

Вокруг школы и вне ее группировались в Остроге ученые люди и создавали своего рода ученое общество; здесь были знаменитые богословы и писатели того времени, как Герасим Смотрицкий и сын его Максим, в монашестве Мелетий, затем Василий, автор выдающегося богословского трактата «О единой истинной православной вере», Филарет Бронский, Клирик Острожский и другие. Первым важным делом этого ученого кружка было издание печатной Библии. К князю Острожскому перешел в 1575 году Иван Федоров из Львова, устроил здесь типографию, и первым делом ее по мысли Острожского должно было послужить именно издание Библии. По тем временам это было предприятие грандиозное: полной Библии почти не было, обращались только отдельные части ее. Острожский отправлял своих людей в разные края — разыскивать греческие тексты и славянские переводы, затем несколько лет тянулась работа над исправлением этого перевода, несколько лет печаталась Библия, И в 1580 году вышло в свет это самое крупное произведение славянского книгопечатания. Позже, в 1580—1590-х годах острожских ученых занимала главным образом оборона православной религии на литературной почве: борьба с новым календарем, который насильно хотело ввести правительство, а православные не принимали, затем борьба с церковной унией — таковы писания Василия, Герасима Смотрицкого, Бронского, Клирика Острожского.

Украинское общество высоко ценило деятельность острожского кружка и острожской школы, но тем более печалилось, видя, как непрочно было ее существование. Сыновья князя Константина были католики, один только остался православным — Александр, но он умер еще при жизни отца; старший Януш, которому предстояло унаследовать острожские имения, рано перешел в католичество — за что и получил самую высшую должность в государстве: краковское кастелянство. Мало было надежды, чтобы при нем острожская школа могла не только развиваться, но и продолжать свое существование, и действительно, по смерти князя Константина острожский кружок и его учреждения приходят в упадок. То же было и в Слуцке, где со смертью князя Юрия владения князей Слуцких перешли в католические руки и все начатки просветительской работы замерли. И вообще на аристократию надежды было мало: слишком поздно началась эта просветительная работа и слишком бедна была еще она, чтобы удержать и привязать их к своей народности. Дети магнатов и богатой шляхты отправлялись по-прежнему в католические школы, в особенности к иезуитам, основавшим свои школы в конце XVI в. во многих городах — в Вильне, Ярославе, Люблине и др.; в эти школы, как очень умелые воспитатели, иезуиты привлекают именно детей из высших классов и воспитывают их ревностными католиками.

«Не надейтеся на князи» — должно было сказать себе украинское и белорусское население, глядя на все это, и подумать о том, чтобы обеспечить национальную жизнь своими средствами. И во главе этого движения пошло мещанство — на Украине львовское, на Белой Руси виленское.

Предыдущая - Главная - Следующая