На гланую

 

Часть первая.
До основания Киевского государства

Часть вторая
Эпоха государственной жизни

Часть третья
Литовско-польская эпоха

  1. Переход украинских земель под власть литовских князей
  2. Борьба за галицко-волынские земли и раздел их
  3. Уния Польши с Литвой
  4. Новые направления в политике Великого княжества Литовского
  5. Борьба за равноправие (Свитригайловы войны)
  6. Попытки восстаний с помощью Москвы
  7. Попытки восстаний в Галиции и начало национального движения
  8. Начало козачества
  9. Козачество и козацкие походы в первой половине XVI века
  10. Начало Сечи
  11. Образование козацкого класса
  12. Присоединение восточных украинских земель к Польше
  13. Перемены в экономических и общественных отношениях
  14. Перемены в экономической жизни и заселение Восточной Украины
  15. Рост козачества в конце XVI века
  16. Козацкие войны 1590-х годов
  17. Война 1596 года
  18. Упадок национальной украинской жизни и усилия к ее возрождению
  19. Просветительное движение
  20. Братства
  21. Уния
  22. Борьба с унией

Часть четвертая
Козацкая эпоха

Часть пятая
Упадок козачества в украинской жизни

Часть шестая
Украинское возрождение

 

 

Михаил Грушевский. Иллюстрированная история Украины

ЛИТОВСКО-ПОЛЬСКАЯ ЭПОХА

47. Борьба за равноправие (Свитригайловы войны)

Недовольные этой переменой политики украинцы и бело- руссы возлагали свои надежды на младшего брата Ягайла, Свитригайла; хотя он также был крещен по католическому обряду, однако находился в дружественных отношениях с украинскими и белорусскими князьями и магнатами. Он был очень раздражен тем, что управление Великим княжеством Литовским было поручено Витовту, претендовал сам на Великое княжение и беспрестанно подымал поэтому восстания против Витов- та. Белорусская и украинская аристократия — князья и бояре, изо всех сил помогали ему в надежде, что, сделавшись великим князем литовским, Свитригайло уравняет в правах православных с католиками. Но при всей его подвижности и энергии, Свитригайлу совершенно не везло ни в войне, ни в политике вообще. Несмотря на это украинские и белорусские князья и бояре всюду шли за ним, сражаясь в битвах за его дело, слагая головы на плахах, когда обнаруживались разные его тайные планы. Так, в 1409 году Свитригайло, находясь при дворе Витовта, завязал тайные сношения с его врагами — крестоносцами, но эти сношения были открыты, и Свитригайло был посажен в темницу, а двум князьям, через которых велись эти сношения с крестоносцами, были отрублены головы. Его сторонники сейчас же приложили все усилия к тому, чтобы освободить Свитригайла из заключения; нелегко это было, так как местопребывание Свитригайла было окружено глубокой тайной и его нарочно перевозили с места на место, чтобы место заключения не было открыто и его сторонники не освободили его. Но все-таки, когда его держали в Кременце, украинским князьям Дашку Острожскому и Александру Носу удалось узнать об этом, и они через своих людей, вступивших для этого на службу в Кременецкой крепости, вошли в сношения с Свитригайлом, в условленное время напали на замок, перебили гарнизон и освободили Свитригайла. Затем, собрав с ним войско, напали на Луцк и захватили город, но когда Витовт двинул на них свои силы, принуждены были отступить и скрылись в Молдавии, а оттуда отправились к венгерскому королю Сигизмунду. Последний в этот момент тоже не мог оказать помощи Свитригайлу, — постарался только помирить его с Ягайлом, а затем и с Витовтом. Свитригайлу были предоставлены в удел черниговские земли, и он здесь оставался несколько лет в ожидании какого-нибудь благоприятного случая, а вместе с ним ждала и вся «Русь» — украинские и белорусские князья и бояре.

И действительно, казалось, что пришло их время, когда в 1430 году умер их гонитель Витовт. Правда, Ягайло с поляками надеялись при этом положить конец самостоятельности Великого княжества Литовского и поставить Литву и Русь в непосредственную зависимость. Они пустили слух, что Витовт, умирая, отказал свои земли Ягайлу, но в Великом княжестве Литовском никто не хотел об этом и слышать, и там великим князем провозгласили Свитригайла: за него стояли не только украинцы и белоруссы, но и Литва, так как Свитригайло был известен как горячий сторонник самостоятельности Великого княжества Литовского. Ягайло должен был согласиться на избрание Свитригайла. Но вскоре отношения их так обострились, что казалось, унии наступал уже конец.

Хотя поляки рассчитывали по смерти Витовта присоединить к Польше все земли Великого княжества Литовского, но не будучи уверенными, что это им удастся, хотели отобрать от Великого княжества Литовского по крайней мере земли Галицко-Волынского государства, какие не удалось им завоевать в свое время при Казимире. На первом плане стояла Подольская земля, которую Ягайло даже присоединил было к Галиции, но затем должен был возвратить Витовту. Было условлено, что поляки, получившие в Подольской земле поместья, при первом известии о смерти Витовта захватят немедленно Каменецкий замок и другие подольские крепости и передадут их Ягайловым людям. Так действительно и сделали: польские вельможи, присутствовавшие вместе с Ягайлом при смерти Витовта, сейчас же дали знать подольским заговорщикам, последние заманили к себе начальника каменецкого литовского гарнизона, не знавшего еще о смерти Витовта, схватили его и овладели Каменецким замком и другими подольскими городами.

Свитригайло, узнав об этом, пришел в ярость, упрекал Ягайла и польских панов за их вероломство и в конце концов заявил Ягайлу, что не выпустит его, пока не возвратят ему Подолии. Ягайло обещал сделать распоряжение о ее возвращении и с тем уехал, но польские паны не повиновались его распоряжению и подольских городов не возвратили. Тогда сторонники Свитригайла обложили Смотрич, захватили пограничные города, отторженные поляками от Волыни: Збараж, Кременец, Олеско; и так началась открытая война между Литвой и Польшей.

Овладев Подолией, поляки задумали воспользоваться этой войной, чтобы захватить и Волынь. Летом 1431 года Ягайло с большим польским войском перешел Буг, взял Владимир, затем приступил к Луцку и, отразив Свитригайла, осадил Луцкий замок. Однако в замке находился сильный гарнизон под предводительством Юрши, одного из наиболее выдающихся воевод Свитригайла. Поляки попробовали взять замок приступом, но это им не удалось, а Юрша попросил перемирия, поправил за это время укрепления и продолжал защищаться; не раз и позже повторял он эту уловку и тем облегчал свое положение. Осада затянулась надолго, а Свитригайло тем временем призвал на помощь своих союзников. Поляки, наконец, потеряли всякое терпение; они заключили со Свитригайлом перемирие на два года и отправились ни с чем восвояси. Но Свитригайло сделал большую ошибку, заключив перемирие, так как именно в это самое время его союзники крестоносцы напали на Польшу, и он мог тогда прочно обезопасить себя от поляков. Такого удобного случая ему уже не представилось более.

По перемирному договору захваченная поляками западная Подолия (Каменец, Смотрич, Баката, Скала, Червоногород) остались за Польшей, а восточная — по реке Южному Бугу с городами Брацлавом и Винницею (так называемая потом Брацлавщина) — была оставлена за Свитригайлом. Такое соотношение осталось и позже: западная часть, носившая имя Подолии, принадлежала Польше, а Брацлавские земли - Великому княжеству Литовскому. Волынь осталась за Литвой с лишком на сто лет.

Но Свитригайла поляки не оставили в покое. Убедившись, что им не удастся подчинить его своим влияниям, они задумали избавиться от него. Они знали, что литовские магнаты, привыкшие при Витовте держать Русь в черном теле, недовольны Свитригайлом за то, что им приходится теперь делиться должностями и влиянием с украинскими и белорусскими князьями и панами. Рассчитывая на это нерасположение, краковский двор выслал своих людей на Литву, и те организовали среди литовских магнатов заговор против Свитригайла, обещая им всякую поддержку со стороны Польши. Решено было вместо Свитригайла провозгласить великим князем Жигимонта (Сигизмунда), брата Витовта, и замысел этот удался. Жигимонт напал ночью на Свитригайла и едва не захватил его самого — он еле спасся бегством в Полоцк. Вся Литва присоединилась к Жигимонту, но белорусские и украинские земли остались со Свитригайлом. Так раскололось Великое княжество Литовское.

Имея на своей стороне украинские и белорусские земли, Свитригайло пробовал бороться с Жигимонтом. Украинские и белорусские князья и бояре верно помогали ему. Напрасно Жигимонт старался привлечь их на свою сторону, обещая, что русские (украинцы и белоруссы) бояре будут и у него иметь права, равные с католиками: это все-таки не давало им полной равноправности, так как занимать должности могли только католики, и православные поэтому предпочитали держаться Свитригайла. Но борьба с Жигимонтом была неудачна. Наконец он собрал все силы и вместе с крестоносцами напал на Литву (1435), но и эта битва на реке Святой, около Вилькомира, окончилась полным разгромом войск Свитригайла: почти все войско крестоносцев было уничтожено, из войск Свитригайла одних князей попало в плен 42 человека, много было убито; Свитригайло сам едва спасся. Жигимонт немедленно двинул свое войско в белорусские земли, города которых один за другим сдавались ему. На стороне Свитригайла осталась только Украина. Он поселился на Волыни и вступил в переговоры с польскими магнатами Галиции, которые, захватив Подолию, стремились присоединить и Волынь. Свитригайло заключил с ними условие, обещая отдать полякам Волынь, если они отвлекут Ягайла от Жигимонта на сторону Свитригайла. Но советники Ягайла не хотели разрывать с Жигимонтом и поддерживать Свитригайла. Галицкие магнаты на свою ответственность помогали Свитригайлу, прислали свое войско и своих наместников в Волынские города, чтобы отстоять их от Жигимонта. Но тогда волынские бояре, опасаясь, что поляки действительно присоединят Волынь к Польше, не захотели дальше идти этим путем: сочли за лучшее сдаться Жигимонту и остаться в составе Великого княжества Литовского. Они послали к Жигимонту предложение принять Волынь под свою власть (осенью 1438 года), и Свитригайло остался без всего. Но ненадолго. Приверженцы Свитригайла скоро покончили с Жигимонтом: составили против него заговор и убили его в Вербное воскресенье 1440 года. Об этом ходило много рассказов, были и песни сложены о том, как «храбрые князья русские убили Жигимонта, князя литовского». К сожалению, мы только и знаем из всех песен одну эту строчку. В летописях сохранились некоторые подробности заговора. Все дело вели Иван и Александр Черторыйские, украинские князья из литовской династии, но поступали в этом случае, по словам летописца, «за волею всех панов и князей». Жигимонту ставили в вину его «сильные окрутенства» (бесчеловечные поступки) по отношению к своим подданным и в особенности к князьям, панам и шляхте, которых он якобы невинно подвергал казням и разным мукам, какие только мог придумать, и хотя те терпеливо все сносили, но он, не довольствуясь этим, хотел князей и панов совсем искоренить, а поднять простых людей; многих держал в темнице и нарочно созвал на сейм всех князей и панов, намереваясь перерезать их поголовно. Для того будто бы, чтобы избегнуть этой гибели, князья и составили заговор. Они вошли в соглашение с воеводой Троцкого замка, где жил Жигимонт, и провезли туда своих воинов, спрятанных в возы, нагруженные сеном для княжеской конюшни; подкупили его доверенного слугу киевлянина Скобейка, и тот впустил их в замок, а придя к дверям княжеской спальни, начали царапаться в дверь, зная, что Жигимонт держал прирученную медведицу, которая, просясь к нему, царапала дверь. Жигимонт впустил их, думая, что царапается медведица; тогда заговорщики бросились на него, и князь Черторыйский начал перечислять ему его вины, — что другим готовил, пусть теперь сам пьет; а Скобейко схватил большие железные щипцы, которыми мешали огонь в камине, и ударил ими Жигимонта по голове так, что кровь брызнула и залила стену Жигимонт умер на месте, и долго затем показывали его кровь на стене.

Так повествуют летописцы, передавая различные рассказы, какими оправдывалось убийство Жигимонта в аристократических кругах Великого княжества Литовского. Очевидно, задумывая убийство Жигимонта, заговорщики рассчитывали посадить на его место Свитригайла. Как только разнеслись вести о смерти Жигимонта, Свитригайло снова вернулся на Волынь, в Луцк, и там был принят с большим почетом, как великий князь и государь. В своих грамотах он снова принимает титул великого князя и старается добиться его признания в польских кругах, но литовские магнаты не хотели признать Свитригайла, не желая делиться с украинской и белорусской Русью своими позициями и влияниями: они хотели все удержать в своих руках. Поэтому на место Жигимонта они избрали великим князем Казимира, младшего сына Ягайла, а Свитригайла оставили доживать век на Волыни, князем волынским.

Предыдущая - Главная - Следующая