На гланую

 

Часть первая.
До основания Киевского государства

Часть вторая
Эпоха государственной жизни

  1. Киевские предания
  2. Рассказ киевского летописца
  3. Русь
  4. Походы русских дружин
  5. Древнейшие князья и князь Олег
  6. Игорь и Ольга
  7. Святослав и его сыновья
  8. Владимир
  9. Христианство
  10. Новая культура
  11. Борьба с ордою
  12. Владимировичи
  13. Ярослав
  14. Ярославичи
  15. Половецкая беда
  16. Обособление земель и их строй
  17. Земли-княжества
  18. Борьба за Киев и его упадок
  19. Государство Галицко-Волынское. Князь Роман
  20. Романовичи
  21. Татарский погром
  22. Татарщина
  23. Король Данило
  24. Галицко-Волынское государство при Даниловичах
  25. Общий взгляд на украинскую жизнь в периоды киевский и галицкий
  26. Культурная жизнь Украины этой эпохи и ее значение

Часть третья
Литовско-польская эпоха

Часть четвертая
Козацкая эпоха

Часть пятая
Упадок козачества в украинской жизни

Часть шестая
Украинское возрождение

 

 

Михаил Грушевский. Иллюстрированная история Украины

ЭПОХА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ЖИЗНИ

34. Борьба за Киев и его упадок

Киев и Киевская земля также хотели обособиться под управлением старшей линии Мономаха, призванного на киевский стол в 1113 году. Мономах был сильный князь и талантливый политик, умевший прочно держать Киевскую волость в своих руках, также и сын его Мстислав. Но после смерти Мстислава произошли раздоры среди самих Мономаховичей, так как не было установленного порядка в наследовании киевского стола: линия Мстислава хотела держать Киев в своих руках, а младшие Мономаховичи не соглашались на это; началась между ними кровопролитная борьба, и, пользуясь этим, черниговский князь Всеволод Ольгович захватил Киев в свои руки. Чем дальше, тем более запутанной становилась эта борьба за киевский стол, все больше находилось охотников на Киев, так как с ним связывалась старая слава главного княжьего стола и киевский князь считался старшим среди князей. Таким образом теперь Киев платился за свою былую славу!

Вначале киевляне изо всех сил поддерживали Мстиславичей, поголовно ходили в походы, в надежде, что таким образом помогут сыновьям его Изяславу, а затем Ростиславу укрепиться и сделать Киевщину своей волостью. Но увидя, что ничего из этого не выходит, кроме войн и разорений, они начали уклоняться, все меньше и меньше принимали участие в княжеских войнах и спорах, предоставляя князьям ссориться между собой и стараясь не вмешивать землю в эти распри. Но и такая тактика невмешательства помогала мало. Только временами на несколько лет водворялось спокойствие, когда на киевский престол попадал князь достаточно сильный и влиятельный, так что перед ним стушевывались прочие и откладывали свои претензии до более удобного времени. Но временами подымалась зато такая смута, что князья менялись не только ежегодно, а и в течение нескольких месяцев и даже недель И все они являлись с войсками, располагались здесь, разоряли хозяйство, грабили население, расстраивали торговлю. Еще хуже было, когда князья приводили на помощь половцев: те уже никому не давали пощады, жестоко грабили и забирали в плен без разбора. А затем, ободренные княжескими междоусобиями, и сами возобновили свои нападения на украинские земли, в особенности на Киевскую и Переяславскую; после Мономаховых походов эти нападения было прекратились, а теперь половцы снова начали производить свои набеги, сперва довольно несмело, а затем все сильнее и неудержимее. В 1170—1180-х годах от них не стало житья. Приходилось с целою армиею выходить в степи, чтобы охранять от половецких нападений купеческие караваны и стеречь границы от набегов. Более молодые и смелые князья пробовали, как при Мономахе, усмирить половцев походами в степь. Так ходил в 1185 году на половцев Игорь, князь новгород-северский с братьями: это знаменитый поход, воспетый в «Слове о полку Игореве», — окончившийся разгромом Игорева войска и пленением его самого. Несколько раз ходили походом киевские князья Святослав и Рюрик; часто нападал на половцев сын Рюрика Ростислав. Но не те были князья, что во времена Мономаха, когда этот последний с киевским Святополком распоряжались всею Украиной; теперь князья разделились, обособились, ослабели, да и Украина ослабела: торговля и промышленность пришли в упадок; население, в особенности более богатое, зажиточное, покидало беспокойные места и отправлялось в северные края или на запад, на Волынь и в Галицию. Усмирить половцев не удалось, и полные печали строфы «Слова о полку Игореве» раздавались как похоронный плач над политической жизнью Украины:

На реке на Каяле тьма свет покрыла.

По Русской земле простерлися половцы словно хищное гнездо.

Уже поднялась хула на хвалу,

Уже ударила нужда на волю...

Ко всему прочему суздальские князья, потомки младшего Мономаховича Юрия (предки позднейшей московской династии), утвердившись на Поволжье, умышленно старались еще более ослабить Киев и лишить всякого значения его князей, чтобы утвердить первенствующее положение за собою. Сын Юрия, Андрей, воспользовавшись тем, что князья на Украине перессорились, вмешался в эту ссору и в 1169 году послал свое войско на Киев нарочно, чтобы его разорить. И это войско действительно, взяв Киев, немилосердно опустошило его: несколько дней грабили город, церкви, монастыри, не щадя ничего: забирали из церквей иконы, книги, ризы, даже колокола снимали и везли к себе, в северные края; избивали людей и забирали в плен. И после этого Андрей нарочно устраивал в Киеве князей незначительных, чтобы унизить его этим. Позже, когда усобицы на Украине немного утихли (в 1180-х годах) и главные претенденты на Киев, Святослав черниговский и Рюрик Ростиславич (из Мстиславичей), разделив между собой Киевские земли, начали жить в согласии, — опять брат Андрея, Всеволод, умышленно перессорил украинских князей, восстановил против Рюрика зятя его Романа и черниговских князей и поднял снова жестокую смуту. Киев снова был немилосердно разграблен и опустошен (1203), и вокруг него завязалась такая ожесточенная борьба, что действительно трудно было усидеть кому-нибудь в Киевской земле.

После этого наступает уже полный упадок Киева, и позднейший татарский погром немного прибавил к предшествовавшим разгромам.

Приходила в упадок вообще украинская жизнь на Поднепровье:

 

Ох застонал, братие, Киев тугою, а Чернигов напастьми,

Тоска разлилася по Русской земле,

Печаль сильна течет по землям русским,

А князи сами на себя крамолу ковали, —

 

поет певец «Слова о полку Игореве», описывая это падение, —

 

А поганые победою набегали на Русскую землю —

Уже бо, братие, невеселая година востала,

Уже пустыня силу прикрыла!

Востала обида в силах Дажбожья внука,

Погубила князей усобица на поганых:

Сказали брат брату: се мое и то мое же,

И почали князи про малое «се великое» молвити,

А сами на себя крамолу ковати,

А поганые со всех сторон с победою находили на Русскую землю.

 

Предыдущая - Главная - Следующая