На гланую

 

Часть первая.
До основания Киевского государства

Часть вторая
Эпоха государственной жизни

  1. Киевские предания
  2. Рассказ киевского летописца
  3. Русь
  4. Походы русских дружин
  5. Древнейшие князья и князь Олег
  6. Игорь и Ольга
  7. Святослав и его сыновья
  8. Владимир
  9. Христианство
  10. Новая культура
  11. Борьба с ордою
  12. Владимировичи
  13. Ярослав
  14. Ярославичи
  15. Половецкая беда
  16. Обособление земель и их строй
  17. Земли-княжества
  18. Борьба за Киев и его упадок
  19. Государство Галицко-Волынское. Князь Роман
  20. Романовичи
  21. Татарский погром
  22. Татарщина
  23. Король Данило
  24. Галицко-Волынское государство при Даниловичах
  25. Общий взгляд на украинскую жизнь в периоды киевский и галицкий
  26. Культурная жизнь Украины этой эпохи и ее значение

Часть третья
Литовско-польская эпоха

Часть четвертая
Козацкая эпоха

Часть пятая
Упадок козачества в украинской жизни

Часть шестая
Украинское возрождение

 

 

Михаил Грушевский. Иллюстрированная история Украины

ЭПОХА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ЖИЗНИ

26. Новая культура

Крестившись сам, Владимир все усилия приложил к тому, чтобы распространить христианство в землях своего государства. Задумав сблизить свое государство с Византией, украсить его блеском византийской культуры и образованности, он, естественно, должен был стремиться приблизить по возможности местный быт к формам византийской жизни. С другой стороны, как выдающийся политик, он мог сообразить, каким тесным узлом свяжет его земли распространение новой религии с ее блестящей обрядностью, законченными формами, прочно организованным духовенством и тесно связанная с церковью книжность, просвещение и искусство. Он мог представить себе, как упрочит политические связи образование в его землях этой новой церкви и иерархии, с помощью княжьей власти и под ее защитой и опекой. Такая государственная церковь и здесь, как и в других .землях, должна была сделаться союзником политической власти, содействовать усилению могущества княжеской власти, укреплять своим влиянием ее авторитет и значение, — как это действительно и было потом.

Летопись повествует, что Владимир, возвратившись из крымского похода в Киев, приказал истребить идолов — изображения языческих богов, поставленные на горе, вблизи княжьего двора: одни изрубить, другие сжечь, а идол Перуна велел привязать к конскому хвосту и таким образом тащить до самого Днепра, причем люди должны были идти и бить его палками для поругания, затем бросить в Днепр и следить, чтобы он нигде не пристал к берегу. Истребив идолов, Владимир велел всему населению Киева собраться на другой день у Днепра, причем ослушникам грозил наказанием. Когда люди собрались, им велено было раздеться, войти в воду, а священники стояли на берегу и читали крещальные молитвы, и так был окрещен сразу весь город. Так рассказывает летописец, и нечто подобное действительно должно было происходить в Киеве и в других больших городах, хотя и не так просто и внезапно, как описывается в летописи: вероятно, сперва все-таки население знакомили с новою верою, тем более, что и раньше в больших городах были уже священники и могли заняться объяснением главнейшего содержания новой религии. Летописцы, в памяти которых должно было сохраниться воспоминание об этих событиях, сообщают, что тогда, при Владимире, крещена была «вся земля», и где не оказалось у населения расположения, там на помощь являлась угроза: «если не из любви, то из страха крестились». За крещением следовало построение церквей, поставлялись священники, и в науку им отдавались дети — «начал Владимир брать детей у нарочитых людей и отдавать их в науку книжную», говорит летописец. Для постройки и украшения церквей приглашались из греческих стран мастера и художники: архитекторы, живописцы, золотых дел мастера — от них перенимали их искусство местные люди, и так распространялось византийское искусство, в особенности церковное.

Конечно, все это происходило, главным образом, в более значительных городах: вне их, в особенности в более глухие местности, новая вера проникала только с течением времени, постепенно и даже довольно медленно. Но в общем «земля» стала христианскою, и таким образом наряду со связями политическими в ней возникают связи культурные. Разные земли и племена объединяет не только династическая связь — общий княжий род и общая дружина, расходящаяся из Киева по всем землям, а с нею общее киевское устройство и право, распространявшееся во всех землях княжескими наместниками, чиновниками и судьями. Связывает их теперь также и общая вера и церковь, общая иерархия, духовенство, подвластное киевскому митрополиту, книжность и просвещение с сильной церковной окраской, а также искусство. До того времени сильное влияние имело восточное искусство, персидско-арабское, соперничавшее с влияниями греческими; теперь византийская культура и искусство, связанные с новой государственной религией, берут перевес. Новая «русско-византийская» культура получает господство на долгие века в украинских и во всех вообще восточно-европейских землях, принадлежавших к Киевскому государству.

Вообще, все эти новые связи, привнесенные Киевским государством и главным образом эпохой Владимира, объединяли между собою не одни украинские земли и племена, а захватывали также нынешние белорусские и великорусские земли и стирали, ослабляли племенные, этнографические различия, не дававшие себя чувствовать еще долгое время спустя за общностью веры, иерархии, книжности, права и общего имени русского. Духовенство и княжеская династия, со своей стороны, старались заглушать все, что разделяло эти народности, и усиливать в них чувство единства.

Вследствие всех указанных причин, правление Владимира оказалось чрезвычайно важным моментом в жизни нашего народа, настоящей эпохой, тем более, что начатое им дело было продолжено и упрочено затем его сыном Ярославом, который пошел по стопам отца.

Летописцы и другие писатели подчеркивают перемену, происшедшую с Владимиром после крещения: его характер совершенно изменился, это был уже совершенно не тот прежний, суровый, жестокий, сластолюбивый князь. Но перемена в его личном характере менее интересна для нас, — важно то, что, закладывая новые основания под свое государственное здание: культурные, духовные, более свободные от внешнего принуждения и насилия, Владимир вместе с тем старается установить более мягкие отношения между властью и обществом, заботится о сближений с последним, о сотрудничестве с его представителями. Летописец рассказывает, что во второй половине своего княжения Владимир мало воевал, жил в мире с соседями, заботился более о внутреннем порядке, часто советовался с дружиной, с духовенством и со «старцами» — почетнейшими гражданами — о лучших законах и учреждениях, «о строении земленем и о уставе земленем». Ежедневно в его княжеском дворе, при нем и в его отсутствие, устраивали пиры, и сюда собирались бояре, дружинники, разные чиновники и «нарочитые мужи», по праздникам же устраивались большие всенародные пиры, варились сотни котлов меду, торжество продолжалось по несколько дней; бедным раздавали деньги, а больным и калекам на дом привозили всякую пищу. Вообще Владимир в эту эпоху проявлял большую предупредительность к населению, в особенности к беднякам: позволял им приходить на княжьи дворы во всякое время, получать разные предметы необходимости и денежную помощь, а для больных и калек, которым слишком трудно являться на княжий двор, велел развозить по городу всякую пищу — хлеб, мясо, рыбу, овощи, мед и квас в бочках, и раздавать им.

Летописец все это приписывает влиянию на Владимира христианского учения после его крещения. Но в этих новых обычаях его двора заключается глубокая политическая идея, новое направление государственной жизни, и лучшим доказательством их значения является память, сохранившаяся в народе об этих Владимировых пирах, о его милосердии к людям. Забыты были его войны и кровавые дела, и в песнях о временах Владимира, сохранившихся до сих пор на далеком великорусском севере, помнят о нем лишь как о «ласковом князе красное солнышко», по целым дням пирующем в киевской столице среди своих людей, а всякие дела поручающем своим «могучим богатырям». Вот обычные «запевы» таких песен:

 

Во стольном было городе во Киеве,

У ласкова князя у Владимира,

Как было пированье - почестный пир

На многие князи, на бояры,

На всех-тых гостей званых-браныих,

Званых-браных гостей, приходящиих.

Все на пиру наедалися,

Все на честном напивалися,

Все на пиру порасхвастались:

Иной хвалится добрым конем,

Иной хвалится шелковым портом,

Иной хвалится селами да приселками,

Иной хвалится городами с пригородками.

Будет день в половину дня,

Будет пир во полу-пире,

Владимир князь распотешился,

По светлой гридне похаживает,

Таковы слова поговаривает...

 

Предыдущая - Главная - Следующая