На гланую

 

Часть первая.
До основания Киевского государства

Часть вторая
Эпоха государственной жизни

  1. Киевские предания
  2. Рассказ киевского летописца
  3. Русь
  4. Походы русских дружин
  5. Древнейшие князья и князь Олег
  6. Игорь и Ольга
  7. Святослав и его сыновья
  8. Владимир
  9. Христианство
  10. Новая культура
  11. Борьба с ордою
  12. Владимировичи
  13. Ярослав
  14. Ярославичи
  15. Половецкая беда
  16. Обособление земель и их строй
  17. Земли-княжества
  18. Борьба за Киев и его упадок
  19. Государство Галицко-Волынское. Князь Роман
  20. Романовичи
  21. Татарский погром
  22. Татарщина
  23. Король Данило
  24. Галицко-Волынское государство при Даниловичах
  25. Общий взгляд на украинскую жизнь в периоды киевский и галицкий
  26. Культурная жизнь Украины этой эпохи и ее значение

Часть третья
Литовско-польская эпоха

Часть четвертая
Козацкая эпоха

Часть пятая
Упадок козачества в украинской жизни

Часть шестая
Украинское возрождение

 

 

Михаил Грушевский. Иллюстрированная история Украины

ЭПОХА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ЖИЗНИ

25. Христианство

В черноморских греческих городах, так же как и на Подунавье, христианство начало распространяться уже в первые века по Р. X., а оттуда заносилось в наши края купцами и разным странствующим людом. Несомненно, уже в IX веке христианская религия стала довольно обычным явлением в важнейших городах Украины, где много было такого подвижного населения, и захватывала высшие слои общества. Мы знаем уже, что в 860-х годах посланные на Русь греческие духовные окрестили многих людей, так что на Русь прислан был потом особый епископ для здешних христиан. В первой половине X века упоминается церковь св. Илии в Киеве на Подоле — в трактате Игоря с греками, и среди Игоревой дружины в том же трактате различается Русь христианская и Русь языческая. На княжеском дворе и в боярских кругах было довольно много христиан, и неудивительно, что и жена Игоря, княгиня Ольга, крестилась также. В Киеве рассказывали впоследствии, что она путешествовала в Цареград, чтобы там принять крещение, и сам византийский император был ее крестным отцом; однако в записках константинопольского императорского двора, описывающих подробно церемониал ее приемов, о крещении ее не упоминается; из этого явствует, что крестилась она в Киеве же. Уговаривала она креститься и сына своего Святослава, но тот не считал это удобным для себя. Зато его сыновья, вырастая в Киеве при своей бабке, с детских лет могли уже ознакомиться с христианством, в том числе и Владимир. Но прошло много лет, прежде чем он, устроив дела своего государства, занялся распространением в нем христианства.

Летописная повесть представляет дело так, что к Владимиру приходили из разных стран миссионеры и старались обратить его в свою веру: болгары в магометанскую, хозары в еврейскую, немцы в католическую, греки в православную. Владимир решил сам испытать, какая вера лучше, и послал своих послов в разные страны приглядеться к разным религиям. Послы возвращаются и рассказывают, что им больше всего понравилась греческая вера; бояре также говорят, что, вероятно, все-таки греческая вера самая лучшая, если эту веру приняла Ольга — «мудрейшая изо всех людей». Владимир решает креститься, но не хочет просить греков, чтобы прислали ему для этого духовных лиц, а ведет дело иначе: отправляется с войском на Корсунь (Херсонес) и, принудив его к сдаче, обращается с требованием к византийскому императору Василию и его брату Константину, правившим совместно, чтобы они выдали за него замуж сестру, иначе он пойдет на самый Цареград. Императоры отвечают, ЧТО не могут выдать сестру за язычника. Владимир заявляет, что он готов креститься, так как знает уже христианскую веру и она пришлась ему по сердцу. Тогда императоры посылают сестру свою Анну к Владимиру в Корсунь. Владимир, однако, начинает оттягивать свое крещение; но тут он заболевает глазами, и царевна Анна уговаривает его креститься скорее, чтобы выздороветь. Крестившись, он действительно выздоровел, обвенчался с царевной и, забрав греческих духовных из Корсуня, отправился в Киев — крестить киевлян и всю землю.

В этом рассказе сохранилось только кое-что из действительного хода событий.

В то время, когда начались переговоры о браке Владимира с царевной, он как раз заканчивал свои труды над восстановлением единства государства. Задумываясь над мерами упрочения этого государственного организма и своей власти над ним, вообще власти киевского великого князя, Владимир, очевидно, решил средств для этой цели поискать у Византии. Византия и ее столица, Константинополь, или Новый Рим, как его называли, был в то время в глазах современного мира венцом блеска, культуры, славы, могущества, подобно тому, как раньше был им старый Рим римских императоров. Различные творцы и созидатели новых государств, возникавших в те времена, старались приодеть себя и свою власть блеском и славой этого мирового светильника и для этого старались породниться с византийским императорским двором, получить оттуда разные драгоценности — знаки власти, какую-нибудь корону, императорские одежды . В записках императора Константина, современника Игоря, находим упоминания, что хозарские властители, венгерские, русские и другие владетели часто обращаются к византийскому императору с просьбами пожаловать им за какую-нибудь услугу византийскую корону или другие регалии, просят выдать за них византийскую царевну или женить какого-нибудь византийского царевича у них. Так было и с Владимиром.

Повод к этому подали сами императоры. Они в это время находились в весьма тяжелом положении: один из первых сановников империи, Варда Склир, поднял восстание и приступил с войском к самому Константинополю. Императоры, не видя другого выхода, обратились к Владимиру с просьбою о помощи. Владимир согласился, но со своей стороны потребовал, чтобы императоры выдали за него свою сестру и, кроме того, вероятно, прислали также корону и императорские регалии. Существует позднейшее предание о императорском венце, присланном из Цареграда князю Владимиру, и короновании его этим венцом; это предание связывается с короной московских князей, называемой Мономаховой шапкой, и под Владимиром в этой легенде подразумевается Владимир Мономах, правнук Владимира Святого. Сама Мономахова шапка, вероятно, позднейшего происхождения, но предание о присылке греческой короны из Цареграда восходит, вероятно, к Владимиру Святому и только потом перешло на его соименного правнука, как ближайшего предка московских князей.

Владимир послал в Византию шесть тысяч войска, оно помогло разгромить бунтовщиков и осталось затем на службе императоров. Но когда миновала гроза, императоры начали уклоняться от исполнения обещаний, данных Владимиру. Для византийского императора считалось большим позором выдать свою сестру за варварского властителя, каким греки считали киевского князя — хотя бы и крещеного. Тогда Владимир обратился к больному месту Византии — напал на ее крымские владения. Русские князья уже издавна стремились захватить их, и предыдущими трактатами греки постоянно обеспечивали себя от нападений Руси на крымские города. Теперь Владимир осадил столицу крымских владений Византии — Херсонес, или, как его у нас звали, — Корсунь. Город был хорошо укреплен, защищен крепкими стенами, и трудно было его взять. Но один корсунянин изменил и открыл Владимиру, как перехватить воду, а без воды Корсунь не мог долго держаться. Императоры не могли прийти ему на помощь, так как в Византии снова вспыхнуло опасное восстание. Владимир овладел Корсунем, а с ним и всем Крымом. Чтобы вернуть себе эти владения, императоры должны были исполнить данные Владимиру обещания: отправить царевну Анну в Корсунь. Там состоялась ее свадьба с Владимиром, и последний после этого возвратил Корсунь грекам в качестве «вена (выкупа) за царевну».

Среди этих событий незаметно прошло само крещение Владимира; неизвестно даже, где оно произошло, в Корсуне или в Киеве; говорили еще, что Владимир крестился в Васильеве, теперешнем Василькове, около Киева. По одному известию, поход Владимира на Корсунь имел место на третий год после его крещения; и действительно, вполне вероятно, что крестился он еще до похода. При крещении он принял имя Василия — по имени своего шурина императора Василия.

Предыдущая - Главная - Следующая